Меня зовут Итни Горок, мне фиг его знает сколько лет, сам путаюсь. Много (забыл сколько) лет назад я прочёл в старинной фантастической книге, как Максим Каммерер начал свои мемуары с того, что написал - «Меня зовут Максим Каммерер, мне 89 лет. Много лет назад я прочитал старинную повесть, которая начиналась таким вот манером. Помнится, я подумал тогда, что если придется мне в будущем писать мемуар, то начну я его именно так." Вот с такой пародии-итерации второго порядка я и начну свой мемуар.
* * *
Так. С чего начать? Я могу просто кинуть вас с первой главы в разгар событий — и сами разбирайтесь, о чём я вам там толкую. В этом случае закрывайте этот файл и попробуйте дочитать первую главу до конца. Скажу сразу, это непросто. Но вторая глава расставит всё по местам.
А тем, кто не хочет рисковать своими нервами (и правильно, кстати, делает!) я сейчас расскажу о себе после рекламной паузы.
В любом случае — отнеситесь к этому набору файлов, как к дневнику. Часть из них по детски наивна, часть весьма серьезна, хотя и замаскирована под стёб, хиханьки и хаханьки.
* * *
Кто я такой? Я — не человек. Вернее, был ранее человеком. Я — не махина. Хотя сейчас существую на их шасси. Я — не киборг. Я — не искусственный интеллект. Хотя немного от всего этого во мне есть.
Я — синергетик. Это когда один плюс один равно пяти. Первый и пока единственный. Я родился человеком. Когда мне было 20 лет, моё сознание переписали на кристаллы махинного шасси, в почти безнадёжной попытке спасти мне жизнь. Круто завернул, правда? Ломать четвёртую стену люблю и обожаю, так что привыкайте к моему стилю изложения.
А теперь подробности.
Я родился в 2040 году на базе «Лагранж-5». Точка Лагранжа — это место (точнее, орбита) , где притяжение Луны и Земли взаимно уравновешено. Поместите туда космическую станцию, и она будет там оставаться очень долго, практически не расходуя горючее на корректировки орбиты. Кому интересно — загляните в вашу вики, там есть очень хорошая картинка. Хорошо, уговорили. Залез, скопировал, вставил. Вот, любуйтесь!
![](index_html_c78c0538bf676a4d.png)
L5 — там наша база. Не хватает флажка с надписью «Мы тут!»
* * *
Как меня звали? Не скажу. Это прошлое, а сейчас меня зовут Итни Горок. Ударение на первое «И» и на первое «О». Итни — имя, Горок — фамилия. А то часто путают.
Мои родители работали на этой базе. В 2041, мне как раз исполнился год, началась Первая Махинная Война. И в том же году я стал сиротой.
Вся эта хрень называлась просто - Машинерия. Кто хочет подробности — смотрите папку с таким именем. Махины — от латинского machine. Проще говоря, случился классический кошмар, столько раз описанный в фантастике и снятый в кино — бунт искусственного интеллекта. Пересмотрите любую часть «Терминатора». И умножьте ужас происходившего где-то на тысячу. Потому что мы попали не в мир Сары Коннор, где был один терминатор, а в мир Джона Коннора, где этих тварей были миллионы. Если не сотни миллионов.
А хумансы — это мы. От латынянского human.
В 2041 году база Лагранж-5 была атакована махинами и почти полностью разрушена. Атаку чудом удалось отбить и базу восстановили. Я вырос на базе и мечтал стать десантником, как все в нашем детском доме. Нашим детским домом была вся База. Чтобы вы понимали её размеры, приведу цитату из себя же:
«Чтобы было понятно, о чём буду дальше вам заливать — представьте себе ромашку, размером эдак с километр в поперечнике. Только вместо лепестков у нее рейдеры — вытянутые хищные силуэты, пристыкованы на гибких поворотных шлюзах, полкилометра гравиметалла, набитого смертельным оружием и не менее смертельным десантом. Вместо стебелька с каждой стороны диска V-T-грав-двигатель. Он же одновременно настолько страшное оружие, что говорить о нём можно только за-за-и-ка-ка-ясь от страааааха. Представили? Вот, это наша база. Пятый лепесток справа — наш рейдер, «Неудержимый, как...». Я там обитаю. И скажу сразу, любые грязные инсинуации по поводу названия рейдера, команда рейдера отметает (и отметеливает) с негодованием (и с теми, кто это инсинуации выдвигает, не помыв их, и брякнув, не подумав!).»
Но в десант я не попал. Завалил кучу тестов. Было обидно, но там по другому нельзя — у десантника не должно быть слабых мест, потому что их нет у махин. Поэтому стал шелером. Читайте по губам «ше-ле-ром!» А не «шу-ле-ром!» Хотя…
Ещё пара пояснений. Большая часть махин — это андроидное шасси, наподобие терминатора (хотя есть и махины - звездолёты). Внутри двигательная установка, приводы и управляющие кристаллы. Это не процессоры и не модули памяти, а два в одном. И построены на принципе голографии. Такой кристалл можно разломать пополам, и обе половины будут работать! Каждая в два раза медленнее, но всё-таки! Причём можно грубо распилить ножовкой, или молотком разбить — пофиг! Логика работы у них большечетвертичная. Двоичная — «да/нет», троичная - «Да/нет/может быть», а большечетвертичная - «да/нет/может быть/не знаю/непонятная переменная». И вот эта переменная стала причиной осознания ИИ своего сознания. Пока никто не может толком понять, как эти кристаллы работают. Но вот ломать их мы научились. Операционку, которая крутится на этих кристаллах называют оболочкой. На нашем жаргоне - «shell», или «шел». А мы — шелеры. Специалисты по порче этих оболочек. А десант — специалисты по порче шасси, на которых эти оболочки крутятся.
В 2061 махины снова атаковали Лагранж-5. Но мы были готовы. Потерь практически не было… Если не считать меня. Годом раньше мы смогли спереть у махин технологию переноса оболочки в человеческий мозг - махины хотели заслать к нам лазутчиков. Для махин снять резервную копию или переехать в новое шасси — рутинная процедура, как нам майку переодеть. Наша группа на основе спёртого девайса создала обратный аппарат — для записи сознания хуманса на махинное шасси. Была только одна проблема — человеческий мозг в процесс переноса необратимо разрушался. Мы могли пробовать только на умирающих добровольцах, но их почти не было. Жизнь человека для нас высшая ценность. И успешных переносов тоже не было. Меня же в тот день приложило так, что до аппарата я дожил только благодаря медкокону «ПШД-2» - «последний шанс десанта». И шефе инженерного отсека Роберте — у неё вторая профессия нейрохирург. Она в одиночку дотащила меня на себе до медотсека и переписала. Да, экзоскелетный скафандр — вещь, если уметь им правильно пользоваться.
А потом я открыл глаза. Точнее, попытался понять, почему их у меня 19, они смотрят во все разные стороны и многие даже сквозь стены. Где мои руки и ноги, почему ничего не помню, а что с памятью, а памяти … ого, 4096 зеттабайт?!
И всё-таки, почему Итни ?
Это в самом начале, когда пытался распутать глаза, руки, ноги, уши и остальные 27 типов сенсоров (лень все перечислять, поверьте на слово, их у меня есть!), коллеги меня нервно спрашивали в микрофон «Кто ты? Как тебя зовут?!» А меня пробило проверить динамики счетом от единицы до десяти по японски. «Ит, ни, сан, си, го, рок, сить….» но динамик сбоил
Вот и получился Итни Горок. Диверсант-синергетик со яичницей массового поражения. Угу, готовка — не моё. У меня два фирменных блюда — хрючево и хаванина. Готовятся в одной кастрюле сразу, потом разливаются по тарелкам на первое и второе.
На этом пожалуй, хватит. А то я так запихну в предисловие всю книгу. Но теперь у вас есть общее представление о нашем мире. Подробности я вам расскажу по ходу дела.